Я могу разве что поблагодарить товарищей и поздравить с временной победой по делу Осиповой, обвиненной в продаже наркотиков другоросски. Сложно сказать, что общественное мнение «не работает» — но вот как оно работает, для меня вопрос. Нет, сначала всё ясно, дело приобретает резонанс в «первых кругах» — интернет, многонедельная эстафета «сидения у камня за Таисию Осипову», включение ее в список ПЗК, передача списка в администрацию президента. Акции, а за ними и проблему Осиповой начинают освещать сетевые СМИ. Следующий неизбежный этап — СМИ бумажные, а если повезет — и ТВ. И вот кто-то уже озвучивает проблему на встрече с Медведевым, тот отзывается, что наказание, мол, чересчур строгое, а дальше происходит непонятно что: то ли судья с прокурором смотрят телевизор и понимают, как глубоко ошибались, то ли они ничего не смотрят, а им просто звонят ответственные лица по телефону. Вот этот этап я не знаю, поэтому описать затрудняюсь, но сомнения в независимости судей и прокуроров у меня велики. Но что-то происходит — и дело отправляется на пересмотр с указанием на грубейшие нарушения законодательства. И прокуратура просит уже не десять лет, а всего-то четыре. И тут можно сказать: во всем происшедшем есть и наш малый вклад, всех, кто боролся за Таисию и эти грубейшие нарушения предавал гласности. Спасибо всем озвучивавшим в Интернете, сидевшим у камня, относившим списки, устроившим автопробег до Смоленска. Общественное мнение участвовало и победило. Победило зарвавшихся судей и прокуроров, не иначе.

Но посмотрим на другое совершенно дело — дело чемпиона мира Расула Мирзаева, обвиненного в убийстве Ивана Агафонова. Общественное мнение (мнение части общества, как и в случае с Таисией) считает, что Мирзаев должен сидеть, и сидеть подольше, будучи обвиненным по максимально тяжкой статье. И вот уже второй раз суд разрешает выпустить его под залог, но, в связи с этим общественным мнением (или представлением власть предержащих об этом мнении), мгновенно отменяется решение нижестоящего суда решением вышестоящего, статья же меняется на более тяжкую. Нет, можно подойти к вопросу и так, что заряженный и коррумпированный нижестоящий суд принимает заведомо неправосудное решение, а мудрый и воистину независимый «старший» суд это решение с негодованием отменяет, однако скорей приходит в голову, что Мирзаев оказывается заложником определенной части общественного мнения.

Оговорюсь, что у меня нет четкого взгляда на содеянное Мирзаевым и его меру ответственности, но заложником он является точно. И возникает вопрос: насколько суды должны быть восприимчивы к общественному мнению? Нет, понятно, что по законодательству каждый из судей должен руководствоваться внутренним убеждением, но на основе чего оно может и должно формироваться? Под какой степенью давления общественного мнения? И всё-таки — приходит ли оно из прочтения газет и просмотра телевизора, или из телефонной трубки, где осмысленное и переработанное общественное мнение уже приняло форму указания?